Сегодня много говорится о необходимости деколонизации России. Однако, корни колониализма лежат намного глубже в пластах самого имперского типа мышления. Если угодно, имперство – это специфическое состояние мозга, которое вырабатывается веками и поколениями от паразитирования и угнетения иных групп людей. Это развращает любой мозг, как развращает любая власть и безнаказанность. Любой человек или группа людей очень быстро привыкает жить за счет эксплуатации других.
Когда я в молодости узнавал исторические факты о зверствах пришлых русских колонизаторов на башкирской земле, мне всегда казалось странным и непонятным, откуда и зачем была такая жестокость.
Почему так важно не переставать заявлять на весь мир, что Республика Башкортостан желает развиваться дальше как отдельное самостоятельное государство, ничего общего не имеющее с Россией в политическом плане.
Националисты — это иммунитет любого народа. Когда у нации всё хорошо, она развивается как независимый субъект, процветает, растёт в численности, то националисты являются ненужным элементом, у которых нет особой поддержки населения.
По сути, резня в Сеянтусе была лишь одной из десятков и сотен актов геноцида, устроенных русской властью в отношении башкирского народа. Если открыть исторические материалы, то мы без труда определим для себя, что русская власть в Башкортостане строилась исключительно на крови, лжи и репрессиях. Если когда-то будут вскрыты архивы, которые наверняка скрывают от нас огромное количество неизученного материала, то тезис о кровожадности русской власти только подтвердится. Башкиры являлись и являются абсолютно непохожими на русских людьми. Иная религия, иное происхождение, иной менталитет, иная внешность — всё это говорит лишь о том, что мы совершенно разные люди. Безусловно, русские колонизаторы пытались стереть башкир, сделать из нас серую, безвольную массу, которой они привыкли управлять.
Можно начать замечать, как московский центр начинает все больше внимания обращать на национальные вопросы и именно в национальных регионах. Хотя, казалось бы, что может быть сейчас важнее войны.
Читая книги Льва Гумилева по истории тюркских племен, или смотря фильмы – красной нитью там проходит мечта об объединении.
В России парадоксальным образом декларируется противоположный посыл: войну пытаются представить «бунтом» против западного колониализма. На такую риторику существует спрос. Парадокс такого мировосприятия состоит в том, что, будучи де факто колониальной империей, Россия пытается представить себя как жертву колониального насилия. В европоцентричном мире она говорит о себе как о «подчиненной империи» (subaltern empire), из которой западные страны систематически «выкачивают» природные ресурсы.
